Shindemo
выбор есть всегда
Я всегда считал себя котом. Довольно эгоистичный, себе на уме. Хоть я и привязывался к другим людям, им было лишком сложно понять истинные мотивы моего поведения или догадаться о том, о чем я думаю. В общем, каждый раз все сводилось к тому, что между нами росло недопонимание, выливающееся в итоге в полный разлад. Нельзя сказать, будто я шагнул за черту, полностью окунувшись в черную полосу из одиночества и отчаяния. Но что-то такое уже скреблось у меня на душе. Вместе с тем меня уволил с прошлой работы, нового парня найти не удавалось, даже на ночь, родители явно были недовольны тем, как складывается моя жизнь. Как будто я сам этому был рад. В общем, в один из таких мрачных дней я встретил очень странного человека. Он любил кошек. Я их ненавидел. Поводом для знакомства стал его кот, который выскочил мне под ноги из кустов. Я грохнулся об асфальт, разбив ладони, а парень их забинтовал. Ага, очень романтичное начало. Так или иначе, у нас неплохо получалось быть вместе. Он любил во мне все эти кошачьи повадки: исчезать на несколько дней, эгоизм и всякое отсутствие слов любви. Притом, что… вообще-то парень мне и вправду нравился. Он напоминал собаку, если честно. Какого-нибудь доброго лабрадора. Я млел от его заботы. Крах моего мира остановился и перестал меня волновать. Он же предложил мне новую работу. Сказал, у них в офисе как раз есть вакансия для меня. Я был рад. Тому, что у меня снова будут деньги, или тому, что мы будем чаще видеться, − я еще не решил. С самого утра он был взволнован больше, чем я. Говорил громче, шутил чаще, смеялся не к месту. Как будто вел меня знакомиться со своей семьей. Впрочем, когда мы оказалась в офисе, я понял. Или почти понял. Все дело было в его шефе. Сознавал ли он или нет, но он был абсолютно точно влюблен в своего начальника. Если я был скорее бродячий кот, который готов был довериться своему хозяину и каждый день к ужину возвращаться домой, то шеф - это был кот совсем другого порядка. Его шеф был самый настоящий тигр. Серьезно. Молчаливый, мощный, уверенный в себе. Он был по-настоящему независим, ему не нужен был хозяин, который раздобыл бы для него немного еды и поделился лаской – он сам выбирал, что хочет съесть, и чьим рукам будет позволено прикоснуться к его шелковой шкуре. Да-да, у него были потрясающие волосы. Я молчал, словно громом пораженный, глядя на него, не смея шелохнуться, словно признавая себя непрошеным гостем на чужой территории. Хотя тигры, как я слушал, никогда особо не охраняли свои владения. Меня взяли на работу. Это был семейный бизнес в сфере архитектуре, в основном мы занимались благоустройством загородных домов и отелей. Первый месяц я провел, больше разгребая бумаг, сверяя сметы и помогая старшим, таскаясь за ними по объектам с папками и чертежами. Я наблюдал за своим парнем, все больше убеждаясь в его искренней привязанности к шефу и восхищении. Полный придурок все же. Он все так же носился со мной, как с писаной торбой. Странно? Ничуть. Мое маленькое человеческое счастье стало возможным лишь потому что шеф был в совершенно другой весовой категории: что тигру лабрадор? Уверен, шеф вообще едва ли воспринимал окружающих как людей, способных его понять. Я понимал. Отчасти. Как понимал и то, что сам хотел бы стать тигром. Я всегда боялся одиночества, даже с новым парнем я не перестал его бояться. Меня это бесило. А он… для него вообще не существовало такого понятия. Иногда мне казалось, он тайный шпион правительства, потому что нельзя так невозмутимо ко всему относиться. Он рвал собачьи стаи конкурентов на раз-два, один его вид внушал доверие и надежность тех проектов, что он вел. У него были связи, друзья, перспективы и никакой подружки или парня. В фирме об этом судачили, девушки надеялись заделать его своим мужем, некоторые парни считали его геем, а потому и без постоянного партнера. А я лишь знал, что тигра никогда не обременяло уединенное существование. Мы проработали полтора года под одной крышей, но я, ни на шаг не приблизившись к нему, окончательно смирился со своей кошачьей сущностью, со своим лабрадором, которому хватало сил уделить внимания нам обоим (в разных смыслах! В раз-ных!) и совсем перестал гадать, каким мог бы стать тот человек, что заинтересовал бы шефа. Буквально через неделю, словно вдоволь насладившись моими мучениями и дождавшись капитуляции, судьба подбросила в наш офис парня. Судя по его выправке, я решил, что он из военных. И совсем ошибся. Он был пилотом. Узнал об этом из его непринужденного разговора. Он довольно много смеялся, шутил и излучал вокруг себя доброжелательность и тепло. Разумеется, как иначе, когда на тебя полагается человек пятьдесят, сидящих в салоне. Он занимался международными перевозками. Накопив достаточно, решил сделать подарок своей жене, ожидавшей второго ребенка: построить летнюю дачу в пригороде. Участок земли был не очень большой, без изысков, типа пруда с утками или загона с оленями, главное требование – уют, словно бы это было родным гнездом. Проект был плевый, я бы даже сказал, не нашего уровня. Но клиент был такой приятный, что мы взялись. Начальник моего отдела взял все под свою ответственность, пообещал лично за всем проследить, и они крепко пожали друг другу руки на прощание. Около трех недель нам потребовалось на снятие размеров, согласование проекта зданий (дома, гаража и беседки с барбекю). Потом дизайнеры засели за чертежи. Клиент появлялся редко, чаще они с начальником просто созванивались. Разумеется, куча рейсов, сегодня ты в Бангкоке, вечером уже в Лос-Анджелесе. Через полтора месяца был готов предварительный проект. Он приехал в офис и около двух-трех часов они обсуждали каждую деталь. В тот день шеф вернулся каким-то особенно мрачным с одного административного объекта. (Правительство и политика – те вещи, как я понял, о которых он никогда не любил говорить.) Наш тигр лишь мельком взглянул на нас через стекло конференц-зала, бегло глянув на проект небольшого двухэтажного домика на проекторе, на клиента, на нашу команду. Без одобрения или раздражения – просто принимая все это по факту. Пилот спросил, кто это. Мой начальник ответил, что это прошел владелец фирмы. Странно, почему, но нам всем показалось необходимым представить их друг другу. Пилот, конечно, был не против. Шеф выдал стандартную вежливую улыбку, пожав чужую руку. Мне казалось: вот оно! Вот тот самый человек, который сможет вывести тигра из состояния равновесия. Они перекинулись довольно общими фразами, пожелали друг другу всего хорошего и разошлись. Шеф углубился в свой проект, видимо, кто-то из заказчиков решил внести изменения. Пилот дослушал презентацию, остался доволен, выпил с нами чай с эклерами и ушел. Офис погрузился в тишину. Все было как обычно. Через месяц началось строительство «Гнезда». Через полгода все было завершено. Через полгода и один день к нам пришел пилот. Раздал всем сувениры с Кубы и сердечно поблагодарил за проделанную работу. Мы с лабрадором решили в тот же вечер отметить это самым лучшим способом: всем отделом завалиться в неплохой бар неподалеку и нажраться до поросячьего визга. За общим ликованием я не сразу заметил, что наш уже бывший клиент зашел в кабинет к шефу. Не разрывая рукопожатия, улыбаясь, он о чем-то говорил. На несколько секунд я замер, всматриваясь в лицо начальника. То менялось, едва-едва, практически незаметно: чуть разгладилась морщинка меж бровей, смягчился прищур, линия рта ожила, изобразив что-то наподобие скромной улыбки. Я был прав, черт возьми! Я был прав!! Чуть было не заорав и не подпрыгнув на месте, я во все глаза смотрел на этих двоих. Тигр должен прекрасно знать свою территорию, тигр может обходиться без кого-либо, самостоятельно добывая пищу и наслаждаясь покоем. Постоянным покоем и размеренным течением жизни. Тигр – хозяин джунглей. Но только лишь джунглей. Тигр никогда не сможет взмыть над исполинским зарослями, лианами и диковинными цветами. Ему нужен был сапсан. Перелетная птица, способная рассказать о безграничном мире. Способная увлечь рассказами о дальних странах. И дело было не в том, что шеф редко выбирался из страны в отпуск или на конференцию архитекторов в Западной Европе (последнее случалось частенько). Дело было в широте сознания, внутренней свободе, внутренней силе, потребности и возможности измениться и изменить окружающих. Словно глоток чистого воздуха, порыв весеннего ветра, пилот, наконец, обратил на себя внимание. А я ликовал. Мне было даже плевать на его жену и двоих детей. Я видел и не такие ситуации. Мы безбашенно напились в тот день. Жизнь, казалось, обрела завершенность и стала просто идеальной. Не прошло и недели, как я увидел шефа, курящего под козырьком магазина. Я не знал, что он курит. Шел проливной дождь, он был без зонта. Расслабленно стоя и наблюдая за проезжающими машинами, он снова напоминал того тигра, что я увидел два года назад. Я решил подойти и предложить свои эскорт услуги: у меня был зонт, я бы мог довести его до остановки или метро. За шумом дождя и колес, я вдруг уловил рев самолетных турбин. Я редко бывал в том районе, да и, если честно, никогда не задумывался о том, как близко от города аэропорт. Шеф едва заметно сморщился, повел плечами, бросил окурок в сторону, не глядя, и шагнул из-под козырька, небрежно прикрывая голову папкой с чертежами − самым ценным, что есть в работе архитектора. Снова меня словно громом поразило… Я кое-что понял в тот день. Очередная пропасть между мной, беспардонным котом улиц, и молчаливым полосатым зверем. Я знаю, что с пилотом они больше никогда не виделись, − тот умер через пару месяцев от рака. Оставив на память своей жене и детям загородный дом. А шефу – бутылку рома с Кубы. Лежа в крепких объятьях лабрадора, я подумал, что это порой здорово: не быть кем-то из сильных мира сего. Не думаю, что я бы на его месте смог продолжать чертить балюстрады. Тигру был нужен кто-то, кто заставил бы его поднять лицо к небу. Пустому и бесконечному, как оказалось.

@темы: txt, Original