19:29 

Shindemo
выбор есть всегда
Фандом: Aion
Рейтинг: G
Жанр: фэнтези, экшн
Внимание: Автор внес следующие изменения: 1). воскрешение происходит не у ник, как привычно в игре, а на подобие смерти в мире Final Fantasy; 2). бафы принято называть покровительством богов – особым свойством внутренней силы духа, которое даёт временное улучшение/усиление способностей воина – ускорение, абсолютную неуязвимость и т.п. 3). существуют Жизненные Точки, удар по которым может либо оглушить противника, либо лишить его части силы или возможности использовать определенное умение, либо даже убить; 4). умения с применением магии пишутся с заглавной буквы, они не в полной мере соответствуют игровым, не всегда соблюдается их игровая последовательность; 5). лечебные банки, свитки и прочие игровые плюшки представляются в качестве материи (полупрозрачные светящиеся маленькие кристаллы) по аналогии с Final Fantasy, используются так же – тело словно поглощает их при касании; 6). деление войск происходит по аналогии с римскими легионами, одновременно должности и звания заимствованы из Рангов Бездны; 7). карты в полной мере не соответствуют оригиналу, добавлены новые населённые пункты и географические объекты. Список может пополняться по мере продолжения работы :3
От автора: Разумеется, пишется всё ради фана и сублимации :3



СЦЕНА 1

Поле боя. Отовсюду раздаётся лязг металла, слышны крики боли, ярости. Сквозь прорехи туч падают узкие бледные лучи солнца. Рваные алые знамёна хлещут на ветру. Это больше похоже на ад.

Отряд асмодиан атаковал пограничный форт. Как оказалось, в нём были не только военные, но и мирные жители.

- И что делать с гражданами? – спросил в штабе Ален, один из командиров.

- Всех убить. Сжечь всё дотла. Это приказ Комода. Забыл?

У Алена дернулись губы, будто он получил пощечину.

- Нет.

Он вышел из палатки генерала.

- Сжечь дотла всё, никого не оставлять в живых. Сломить их волю. Таков приказ.

Максимус сжал кулаки и стремительно вышел. Под его командованием находилось две когорты, около тысячи асмодианских воинов. Внезапность их атаки после заката принесла сверх ожидаемого успеха. Асмодане видели во тьме лучше элийцев, а их горящие глаза выглядели ещё более угрожающе. Сопротивление было сломлено в первые полчаса атаки и сейчас воины Максимуса лишь добивали противника. Наверное, это была одна из самых лёгких побед. Он шарил глазами по полю боя. Не так легко держать себя в руках, когда среди твоих бойцов есть тот, кого ты любишь. Хотя это было не по правилам, хотя его командиры это знали, но они уважали Максимуса и молчали.

Два года назад в когорты распределили новобранцев. Среди них была малочисленная группа ассасинов. Везде считалось, что профессия убийцы – одна из самых сложных. Убийцы не отличались большой силой, они не могли носить большие крепкие доспехи, что защитили бы их во время боя. Они, как и лучники, были одеты в кожаную броню, но, в отличие от первых, они были на передовой, а иногда – и в тылу врага. Может, ещё тяжелее приходилось заклинателям элементалей и волшебникам, но духи первых были равны по силе стражникам, а мощь вторых превосходила всех. Однако опытный ассасин был практически неуловим: скорость атаки и передвижения, умение наносить точные удары в слабые участки брони и, что самое важное, умение становиться совершенно невидимым – это делало его машиной для убийства. Бесшумной, призрачной и опасной. Убийцы редко работали даже в паре, чаще каждому давалось индивидуальное задание. И чаще это был приказ уничтожить командующую верхушку противника.

Максимус ступил на поле боя. В тылу орудовали целители – они возвращали к жизни погибших, пока те не распадались на огни Потока Жизни, откуда их мог вернуть только Верховный Жрец, но это требовало сложных обрядов и некоторого времени на восстановление работоспособности вновь обретённого тела, поэтому очень важно было спасти воинов сразу. У элийцев, очевидно, в этот раз не хватило целителителей. Или же их не было. Или же их убили среди первых.

...

Позади взорвалась повозка. Вспыхнуло пламя. Волшебник старался разглядеть среди дыма своего врага. Но кроме деревянных ощепов и покореженного металла колес ничего не было.

- Что за...

Сверкнули клинки. Незадачливый элиец упал замертво.

Позади раздался звон металла, убийца резко развернулся – прямо на него летело заточенное лезвие копья. Уворот. «Гладиатор. Это плохо». Выпад следовал за выпадом. Краем глаза ассасин заметил ещё одного бегущего на подмогу элица. Кажется, чародея. Отступать было некуда. Вспыхнули печати покровительства. Доли секунд – оглушение, перемещение за спину, рассекающий удар, ещё и ещё, чародей уже рядом, заносит посох – нельзя останавливаться, нельзя паниковать – удар, посох падает, на его оконечнике вспыхивает жёлтый огонь, гладиатору возвращается былая подвижность, он пытается развернуться, Печать Силы, последний удар за руку между ребер – клинок пробивает сердце, посох уже почти касается Жизненной Точки на плече. Свистят стрелы, как белые всполохи рассекают пространство. Одна ударяет в наконечник, вторая – в руку чародея, посох падает позади убийцы, третья – в грудь. Тут же Аркан, Град Стрел, Стрела Феникса. Элиец вскрикивает. Мёртв. Ни слова не говоря, лучник устремляется дальше. Убийца отрывисто вздыхает: его смерть отсрочена. Печать Призрака.

...

Максимус начинает беспокоиться. Но нельзя. Раскручивает копье, выпуская Волну Ярости, замертво падает сразу трое. Слева взрывается дозорная башня, впереди – ворота форпоста.

...
Асмодиане, как вода, текут по узким улочкам деревушки. Стальной волной они смывают всё живое на своём пути, крыши домов соломенные – по ним быстро распространяется пламя.

Что-то ударяет в спину, срабатывает Печать Уворота. Убийца разворачивается, готовый к бою: элийский воин, тоже ассасин. Асмодианин хмыкает – против своей профессии сражаться легче лёгкого. Активируются печати, самыми важными являются первые пятнадцать секунд боя, если ты не убьешь противника, едва ли ты выживешь. Вспыхивают занесенные клинки, по металлу бегут молнии. Во тьме ночи, среди всполохов огня и искр, высекаемых ударами оружия убийцы были подобны двум теням, двум демонам. За их скоростью и перемещениями не смог бы уследить никто, они кружились, нагибались, уворачивались, прыгали, перекатывались, нанося удары из самых неудобных положений. Они ставили друг на друга клейма – особого рода заклинания, взорвав который можно нанести определенного рода ущерб, будь то иссушение жизни или маны, снижение скорости передвижения, временное ослепление или запрет на использование какой-либо магии. Последнее было равноценно смерти для волшебников и заклинателей.

Убийцы били чётко по слабым местам. Стало ясно, что верх возьмёт тот, у кого скорее появится возможность активировать Печать Силы или Скорости. Или к кому первому подоспеют на помощь. Жизненной силы оставалось всё меньше. «Твою мать...» Но тут тело окутало золотистое мерцание, защищая от наносимых ударов и моментально залечивая полученные раны. Обеспечив минимальное лечение, чародей побежал помочь добить элийца. Но ассасин лишь кровожадно улыбнулся: его жертва – это только его жертва. Серия ударов без внимания на печати и клейма – и враг пал.

- Вы звери, – сказал он одними губами, прежде чем раствориться в Потоке Жизни.

- Чёрт, можно было и повременить, – буркнул чародей.

- Вперёд!

В бою все сражаются группами, стараясь держать строй. Каждый знает свою роль, кто прикрывает спину, кто бежит в самое пекло, кто на подмоге, кто бьёт издалека, отстреливая, подрывая, оглушая. Кто уходил далеко в ряды неприятеля и докладывал их число. Иногда шпионов обнаруживали и приходилось спешно отступать. Прятаться, путать следы, разбивать отряд, рушить строй и бить со спины по одиночке. Да, это были убийцы. Кто-то считал их подлыми и аморальными. Но... в конце концов все хотели выжить и кто-то должен был делать такую работу.

Это, казалось, безлюдная улочка. Звуки битвы здесь были приглушены. Но внешность обманчива не только у людей. Убийца был невидим, он прислушался. Позади слышался топот и лязг металла – скоро тут будет арьергард – латники и чары. Кто-то прятался, это точно. Успеть до них выследить и убить ещё одного элийца – это что-то вроде игры, после боя все соберутся, кто в лазарете, кто у котла с едой, кто у костра за кружкой рома, и хвалясь доложат, сколько на их счету сегодня. Что-то хрустнуло за спиной, резко развернувшись убийца выпустил дротик, ударивший в деревянную крышку, какой обычно на зиму закрывали колодцы, если метко попасть в центр, где скреплялись все пластины, то крыша рассыпалась, так случилось и в этот раз. Но...

У стены замер испуганный мальчуган, вытаращив глаза, он оглядывал пустую улицу, силясь понять, каким образом разрушилось его прикрытие. Его лицо было белее муки, он был испачкан сажей и грязью.

- Ребёнок, – прошептал убийца.

В этот момент из-за угла вылетели гладиаторы, грохот их брони испугал мальчонку, вскочив, он бросился бежать прочь по улице. Замерев, как будто его ранили транквилизатором, убийца стоял, зацепившись взглядом за маленькую хрупкую спину. Мимо как вихри пронеслись латники. Как в Аркане ассасин закричал, чтобы его не трогали, но первый гладиатор уже занёс копье. Пронзительный крик.
А потом всё вспыхнуло и закружилось.

Из соседнего дома выбежала женщина, запинаясь и путаясь в юбках, она побежала к, наверное, своему сыну. Но её сразил удар латника. Из-за угла вырвался отряд элийских воинов. Завязалась драка, кто-то поджёг дома, взорвалась телега с припасами, скорее всего – лечебными. Где-то заслышалось испуганное ржание лошадей. В небо взвился горящий пепел, всё труднее было дышать среди пожарищ.

...

Элийцы были повержены. Форпост с прилегающей деревушкой – сожжены. Когорты Максимуса не оставили камня на камне, приказ был исполнен.

- Что за чёрт был сегодня?!

- Ева...

- Они убивали детей, женщин, стариков! Это был твой приказ?!

- Ева, успокойся. Это приказ Комода.

- Приказ?!

- Никого не брать в плен.

- Это... сумасшествие, – она тяжело опустилась на стул. – Это... разве это война?

Максимус ничего не сказал, отойдя от стола, где лежали карты сражений, он налил вина в бокал и подал ассасину. В отблеске масляных ламп её лицо выглядело ещё более резким.

- Это делается, чтобы сломить дух остальных. Комод уверен, такими методами мы добьемся большего успеха. Они капитулируют. С меньшим числом жертв.

- Мне это не нравится, – она со стуком поставила бокал на стол.

Максимус накрыл ее руку своей, сжав пальцы.

- Это война.

Она отвернулась. Свет лампы выхватил шрам на скуле – шрам, что она получила, спася его жизнь год назад.

- Ты знаешь, как они нас называют? – прошептала она. – Зверями. Они называют нас зверями. По её лицу прошла судорога. – За ниши когти, за наши гривы, за горящие глаза, за синюю кожу, за ярость и бессмысленную жестокость.

- Ева, ты же знаешь, что это не так.

- Но сегодня это было именно так!

Максимус встал, начиная чувствовать раздражение. Он прошёлся вдоль стены.

- Это приказ. Приказы не обсуждаются.

- Ты был на Совете, ты мог высказаться, – в её голосе зазвенела сталь. – Или ты одобряешь это?!

- А куда ты бы дела пленных? Сейчас?! Куда бы ты их отослала? Наступление идёт по всем фронтам. Наши ресурсы ограничены в куда большей степени, чем ресурсы этих элийцев! – Максимус яростно махнул рукой в сторону земель Элиоса. – Они изгнали нас в земли, практически не пригодные для жизни, потому что мы не так красивы, как они! Они практически приговорили нас к медленному и мучительному вымиранию. Ты думаешь, они стали бы делить с нами место под солнцем?! Сейчас?! Стали бы заключать с нами договоры?!

Ева сжала губы.

- Ты сама... забыла, почему ты стала сиротой?

Она молчала, больше хмурясь. Максимус вздохнул и вновь сел рядом.

- Мне доложили, что ты дважды чуть не была убита.

Она вскинула на него удивлённый взгляд, правда удивление быстро сменилось возмущением:

- Ты что, приказал кому-то...?!

- Алену.

Убийца аж задохнулась от такой наглости. Тот лучник, оказывается, был Ален.

- Он отправил за тобой чародея, кажется, и он подоспел вовремя, да?

- Я могла сама со всем справиться! – она вскочила с места, явно намереваясь если не ударить, то хотя бы пнуть своего генерала.

- А если бы ты не справилась? Что прикажешь делать мне?

- Не смей меня опекать!

- Я не позволю тебе умереть! – Максимус тоже поднялся, он был выше на две головы и нависал над ней, как каменная глыба, но настоящего убийцу никогда не смущали размеры врага. Ева хотела возразить. Разговор в принципе мог перетечь в многочасовой спор, если бы в палатку не зашёл командующий Ален.

- Извините, кажется, я не вовремя, – сказал он, тем не менее задёргивая за собой полог палатки.

Ева развернулась на каблуках сапог и шумно вышла из генеральского штаба, не преминув бросить гневный взгляд на Алена. Максимус рухнул на стул, сложив руки на столе и уткнувшись в них лбом.

- Она вгонит меня в Поток раньше элийцев, – раздалось его приглушённое бурчание.

- Что поделать, ты сам виноват.

- Но она правда могла умереть.

Ален промолчал.

- Позвольте доложить, генерал, – перешёл он на официальный тон.

Максимус с явной неохотой сел прямо, на стол перед ним лег лист с перечнем трофеев и потерь с обеих сторон.

- Поздравляю с победой, генерал. Скажете что-нибудь своим людям?

- Ну разумеется.

Ален улыбнулся, усаживаясь напротив.

- Так что она тебе наговорила?

- Да так, – отмахнулся гладиатор. – Что могла наговорить эта взбалмошная...

- Похоже, она не в восторге от твоих методов, – командующий с преувеличенным интересом рассматривал свои когти.

- Я бы предпочёл, чтоб она вообще была в резерве, где-нибудь в Альтгарде.

- Тебе придется её оглушить, связать и приковать к чему-нибудь очень тяжёлому, – усмехнулся Ален.

- А ты как думаешь, – после небольшой паузы заговорил он, – такими методами мы и вправду добьёмся скорейшей победы с меньшими жертвами?

- Так считает Комод.

- Да, но...

- Под его командованием мы смогли нарастить достаточную боевую мощь, чтобы в открытую развязать войну с Элиосом.

Ален едва заметно нахмурился.

- Ты прав.

- Вина?

Ален отмахнулся. Видя, что Максимус чем-то обеспокоен и, что скорее всего, причина его беспокойства не так давно покинула палатку, он решил отвлечь его – это был самый простой и действенный способ:

- Генерал, народ всё ещё жаждет твоего пафосного слова.

- А, да. Ты прав, – он поднялся.

...

Следующей целю был небольшой городок западнее форпоста. После разгрома здесь, ожидалось, что туда прибудут дополнительные силы, не весь элийский легион, конечно, но значительная часть. К когортам Максимуса присоединились ещё 4 под командованием генералов Бронда (заклинателя) и Селим (ассасина) – единственной женщины среди военной элиты Асмодеи. Объединенные войска выступили на рассвете, чтобы к ночи занять боевые позиции. Атаковать было решено перед рассветом, когда, как известно, наступает самый тёмный час.

Лагерь был разбит в нескольких километрах от городской стены, под сенью вековых сосен. Это место было наилучшим вариантом для внезапной атаки: позади были высокие горы, сбоку – море, попасть в лес можно было лишь пересеча открытое поле перед городом, четырехтысячная армия, разумеется, не смогла бы это сделать, если бы не магические способности заклинателей – они могли открывать пространственные врата для целых центурий. Отправив две манипулы в качестве отвлекающего манёвра, основные силы разбили на группы и каждой приставили своих заклинателей. Чародеи, использовав Печать Духа обратили в полупрозрачных теней себя и заклинателей, – так они пересекли поле и попали в неохраняемый лес. То, что в Вековечном Лесу нет опасности доложили убийцы, которые на всякий случай так же сопровождали магов. Таким образом, к вечеру вся армия была размещена на позициях. Две манипулы так и оставались на месте, приковывая к себе всё внимание элийцев.

...

- Их слишком мало.

- Шпионы доложили, что они готовятся к атаке. Но ведь это самоубийство.

- Очевидно, они ожидают подкрепления.

- Сэр?

- Усильте охрану, выставите больше дозорных, приведите всех в боевую готовность. Они выступят ночью.

- Так точно!

...

Это были самые напряжённые часы, какие только помнил на своём веку Тэминид, начальник караула Альдена. Армия была раскидана по длинному фронту, везде шли активные боевые действия, и никто не мог сказать, где именно асмодиане нанесут решительный удар. Военачальник Азра выслал подкрепление, этого бы хватило, чтобы разбить начисто подступивший отряд, но что-то было не так, сердце Тэминида было не на месте. Он пристальнее вглядывался в ровную линию горизонта, в небо над полем, видел, как кружилось воронье – и это казалось ему дурным знаком.

В ночь начали зажигаться огни, мириады факелов рассыпались по полю как сверчки. Асмодиане не торопились. Воины, выстроенные на стене выжидали. Спать хотелось так же сильно, как желание скорее уже вступить в бой и отомстить за те смерти, что принесли с собой эти чёрные звери. Минуло три часа ночи, и, наконец, обозначилось движение – манипулы двинули осаждать город.

- Приготовиться! Лучники! Стрелять по команде!

Орда надвигалась, уже были заметны горящие адским пламенем глаза. Слышался рог, призывающий к атаке. Вперед вышли латники, демонстративно размявшись и раскрутив двуручные мечи с копьями они бросились атаковать ворота. Тут же с бойниц полетел град стрел, но стражники были здесь же – вскинув щиты, они защитили гладиаторов и без потерь добежали до самой стены. В это время лучники уже выпускали третью волну стрел в бойницы. Были первые убитые. Целители, стоя под Магическим Куполом лечили латников, поскольку те, занятые воротами, не могли более не на что отвлекаться. Но асмодиан было мало, а из города шли и другие тайные ходы. Из-за угла справа вынырнули большие группы элийцев, латником пришлось отступить, с городских стен посыпались мощные взрывные заклинания волшебников. Справа выросли элементали, атаковавшие лучников и целителей.

- Мы их уничтожим! – радостно воскликнул Маэн, сын Тэминида.

Но стоящий тут же отец только хмурился. Это было просто. Слишком просто.

- Командующий! Генерал Ранцфер хочет открыть ворота и смять неприятеля мощным ударом! Что прикажете передать?!

- Открыть ворота? Он сошёл с ума? Наш город неприступен лишь пока сохраняет круговую оборону! Любая брешь...!

- Отец! Они отступают, мы добьём их и отомстим за наших людей!

- Маэн...

- Мы отомстим им за нашу маму, – кулаки его сжались.

- Командующий?

- Открыть ворота! Я сам поведу своих людей, – Тэминид решительно захлопнул забрало.

...

- Ооо, а вот и долгожданный момент... – Селим улыбнулась, передавая подзорную трубу Максимусу. – Кажется, наш выход, дамы!
Бронда усмехнулся:

- Выступаем!

...

- Твою мать, – асмодианин кое-как увернулся от летящего кинжала, успев ещё отбить стрелу, нацеленную ему в голову. – Где же они?!

- Будут! Сейчас будут! – стоя спиной друг к другу они держали круговую оборону, но силы были явно не равны. Промедление хотя бы в пять минут может стоить жизни многих.

...

- Вот тебе, мразь! – Тэминид рубанул изо всех сил, гладиатор, пытавшийся блокировать его удар, отлетел на добрый десяток метров. Тут же был сражён волшебник, попавший в поле зрение командующего. Что-то мелькнуло справа, не раздумывая, Тэминид замахнулся на врага, в глазах его горела ярость. Он был полон ненависти и упивался ею. Он был готов убивать всех и каждого, вставшего у него на пути. Но тут что-то ударило его в затылок, в узкую щель между кирасой и шлемом, проломив череп. Тэминид коротко вскрикнул, и повалился на бок. Он умер до того, как успел коснуться земли.

- Оте-е-ец!! – Маэн рванул к нему, но в этот же момент путь ему преградила Селим.

- Мести хочешь? – рассмеялась она, прокрутив восьмерки окровавленными кинжалами. От них исходил черный густой дым, тонкими языками, словно они горели. Маэн сразу вспомнил эти клинки.

- Это ты... Это ты убила мою мать.

Селим хохотнула:

- Я убила столько матерей, что уже и не помню!

С диким криком Маэн бросился на нее. Но что он мог? Офицер против генерала.

...

Появившаяся словно из воздуха армада смела элийцев в несколько минут, передовые отряды уже вступили в город, где всё ещё оставались основные силы противника. Бои продолжались внутри цитадели, но уже было ясно: падение Альдена – вопрос времени.
Ранцфер был тяжело ранен. Применение лечения требовало времени. Он был оттеснен от основных войск и вместе с ещё тремя элийцами продолжал сражаться в здании Совета. Им удалось забаррикадировать вход в одну из галерей, выигранные минуты могли спасти положение.

- Страж, как твоё имя?

- Холгриф, генерал.

- Холгриф, ты сейчас телепортируешься в Элизиум и обо всём доложишь Азре.

- Но...!

- Это приказ. Быстро, – он извлёк из специальной сумки, в которой хранились лекарства и прочие необходимые вещи, руну переноса. Руки дрожали, и она выпала из слабеющих пальцев на пол. Тот сразу же вспыхнул пиктограммой, открывая портал.

- Быстро, уходи!

Велен оглянулся на лучника, тяжело привалившегося к стене тут же и колдующего над своей сломанной рукой волшебника.

- Иди, Холгриф, тебе всего девятнадцать, рано ещё умирать.

Страж зажмурился и шагнул в портал. Только лучник заметил, как по его щеке скатилась слеза.

...

- Кажется, здесь у нас прячется генерал, – Бронд с презрением оглядел собор с причудливой лепниной.

- Не долго ему осталось. Сколько их там? – Селим обратилась к сражавшимся с Ранцфером.

- Было трое. Но волшебник сильно ранен, а лучник отравлен. Может, уже двое.

- Двое...

- Будем ломать ворота, – спокойно отозвался Максимус. Вокруг всё так же бушевало сражение, элийское войско таяло на глазах, пожары и грохот обрушающихся домов был слышен отовсюду. В воздухе витал запах костров, крови и пороха.

- Ну, мальчики, вы можете уже начинать, а я пока... – генерала прервал лучник внезапно спрыгнувший с крыши и выпустивший сразу несколько стрел в их сторону, Максимус моментально сориентировался, активировав Печать Стального Барьера. Лишь лучник коснулся земли, в спину ему прилетел дротик, пробив позвоночник и грудную клетку насквозь. Смерть могла быть мучительной, если бы ещё один дротик не пробил его голову.

- ...а я пока проведу диверсию, – закончила Селим. – Ассасин! – крикнула она, асмодианин поклонился ей. – Ты идешь со мной.
Максимус почувствовал, как холодок коснулся его спины и затылка. К ним в платке-маске подбежала Ева. Она не смотрела в его сторону, уперев серьезный взгляд прямо перед собой. Улыбнувшись, Селим легко забралась на карниз по лепнине на стене, прошла по узкому выступу до первого окна и активировала Печать Призрака, Ева проследовала за ней, не оборачиваясь, стала невидимой – они оказались внутри.

Бронд присвистнул:

- Эти убийцы так любят покрасоваться, а?

- Наверное.

- Чёрт с ними, пусть сами выслеживают своего Ранцфера! – заклинатель развернулся, призвав элементаля, и уже двинул в глубь города, где ещё продолжались бои, как его окликнул Максимус:

- Но разве мы им не поможем?

- Поможем? Чем? Селим выследит Ранцфера и убьёт его в два счёта. А вторая пока отвлечёт остальных.

- Отвлечёт?

- Ну, – Бронд почесал свой подбородок. – Селим хоть и крутая, но убить четырёх точно не сможет. Если честно, – Бронд подошёл вплотную к генералу, – она и с двумя кое-как справляется. Только тихо! – он подмигнул и бросился вдогонку за элементалем, уже напавшего на одного элийца.

Максимус замер на несколько секунд, стараясь унять бешено колотящееся сердце.

- Боги. Ева...

...

Бесшумно двигаясь по темным коридорам ассасины прошли на первый этаж, ко входу. На двери был наложен магический блок, снимать его смысла не было. Селим подала знак замереть и принюхалась. Запах крови отличался от того, что она чувствовала на улице. Кровь, смешанная с ядом, свежая кровь и кровь, пропитанная регенерирующей сывороткой. Генерал подала знак рукой и двинула по коридору. У них было пять минут, пока не спадёт Печать Призрака.

Пройдя по коридору до конца, они поднялись на соседнюю галерею. Запах был сильнее. Теперь даже Ева его чувствовала. И вместе с тем она чувствовала странный сладковатый аромат, но никак не могла понять, что это. Они прошли несколько пустых залов, когда наконец вышли к дверям, за которыми и были беглецы.

- Я слышу, как они дышат, – сказала Селим одними губами.

Ева кивнула, полагаясь на неё. Они зашли в соседнюю залу, отворили окно и выбрались наружу, пройдя по барельефу, они замерли по обе стороны от окна. Селим заглянула внутрь, внутри было трое.

- Кажется, лучник совсем плох, а волшебник лишился половины своих возможностей, – генерал усмехнулась.

Ранцфер вышел из смежной комнаты, прикрыв за собой дверь. Замерев, он уперся взглядом в окно. Но там было лишь звёздное небо.

- Я возьму на себя генерала, а ты позаботишься об остальных.

- Так точно.

Селим улыбнулась. Подпрыгнув, она сделала замысловатое сальто и запустила в окно одно из взрывающихся заклинаний, в тот же момент став видимой, она в мгновение ока оказалась за спиной элийского генерала. Ранцфер успел выхватить меч и отразить её первый критический удар. У них завязалась драка. Воспользовавшись секундным замешательством и эффектом неожиданности, Ева в несколько ударов добила лучника, но не успела отразить Оглушение волшебника. Две секунды потребовались, чтобы он скастовал мощное взрывное заклинание, но разницы между длительностью Оглушения и кастом хватило, чтоб Эви активировала Печать Магической Защиты. Раздался мощный взрыв, с потолка посыпалась штукатурка, двери вышибло, Селим и Ранцфера швырнуло в стену, а Еву отбросило в образовавшийся проём в соседнюю комнату. Селим выбралась из под обломков мебели, тогда как Ранцфер запутался в упавшем гобелене. Кровожадно улыбнувшись, она не дождалась того, чтобы он даже обернулся к ней, – выстрелила дротиком, и генерала не стало. Одновременно волшебник попытался убить её, но заклинание стоило практически всех его сил. Селим прикончила его одним ударом. Она огляделась. Должен быть ещё один. И где убийца? Осторожно она заглянула в проём с выбитой дверью: Ева лежала на полу, видимо, она сломала плечевую кость. Комната была пуста.

- Эй, ты как? – Селим присела рядом с ней.

- Всё в порядке, я сейчас встану.

- Ну-ну-ну, лежи пока.

Генерал извлекла шарик лекарства и приложила к пострадавшему плечу. Вспыхнув, он втянулся, покрывая кожу сеточкой из золотистых искорок. Прошло около десяти секунд и от повреждения ничего не осталось.

- Ничего себе у вас магия.

- Это балауровская настойка, – улыбнулась Селим, вставая, – делается из их сердец.

Ева поднялась, поблагодарив.

- Держи, – она протянула ей три золотых шарика. – Используй, когда будет критическая ситуация.

- О, спасибо большое, я и...

Неожиданно Селим закрыла ей рот рукой и прислушалась. С минуту они стояли совершенно бесшумно, стараясь услышать хоть что-то. Ева крепко держала эфесы своих кинжалов. Генерал молча активировала Печать Призрака. Ева видела, как она полупрозрачная прошла до угла комнаты. Она резко наклонилась и что-то взвизгнуло.

- Ты только погляди, шпион! – Селим держала за шкирку ребенка.

- Это малышка...

- Да, а потом вырастет и станет великим генералом, да, девочка?

- Я выласту и упью вас! – ребенок попытался пнуть Селим, но та только рассмеялась.

- И как же ты нас убьешь? Ты видела тех дяденек в соседней комнате? Они уже мертвы, они тоже пытались нас убить.

- Генерал Селим, пожалуйста...

- Ты и твой жалкий народец, вы ничего не сможете нам сделать.

- Генерал...!

По руке убийцы скользнула черная змейка – клеймо – и зажглось черным цветком на щеке ребенка.

- Генерал!!

...

Максимус влетел в палатку. Ева стояла у стола, оперевшись руками о столешницу и опустив голову. До рассвета оставался час-полтора. В палатке не горело ни одной лампы, но он разглядел, что одежда её была испачкана кровью, грязью и сажей. Гладиатор в несколько шагов преодолел разделяющее их расстояние и крепко обнял её маленькое тело. Война, смерти, боль, утраты – всё отступало, когда она была рядом. Он уткнулся ей носом в макушку, вдыхая знакомый запах. Живая.

- Я боялся. Я так боялся, – прошептал он.

Ева молчала. Он увидел, как сильнее она ухватилась за край стола.

- Что… случилось?

- Я говорила с Аленом, – глухо отозвалась она. – Среди элийских воинов – уцелевших нет. Среди мирных граждан – уцелевших нет. Пленных – нет.

- Ева, – Максимус разомкнул объятья, отступив назад. – Не начинай.

Она резко развернулась:

- Выживших женщин – нет. Стариков – нет. Детей – нет. Это война? Это резня. Максимус, как ты не понимаешь! – она шагнула к нему, хватая его руки. – Комод алчет жестокости, его цель не добиться лучшей жизни для нас, он хочет истребить всех элийцев!

- Прекрати, – он сбросил её руки. – Ты воин. Рядовой. Ты исполняешь приказы и не можешь оценивать решения вышестоящего начальства.

- Не могу?

- Мы стали гораздо сильнее под началом Комода. Он талантливый стратег, я доверяю его плану.

- Максимус, – она бросилась к нему, прильнув к его груди, в голосе слышались слёзы. – Максимус, как же ты не понимаешь, как же ты можешь убивать слабых?

- Это война, Ева, – он обнял ее за плечи. – Может… может, тебе лучше на время отправиться в Альтгард?

- Альтгард? Нет, зачем?

Максимус вздохнул.

- Ты должен поговорить с Комодом. Ты же лучший генерал…!

- Не лучший.

- Лучший! Он прислушается к твоим словам, – Ева старалась заглянуть ему в глаза, но он отвернулся.

- Каким словам?! Ева! Я не собираюсь просить его оставлять… или брать пленных! – раздосадованный, он отошёл прочь, упершись взглядом в карты на столе.

- Что?! Почему?! Ты видел их лица? Ты видел, как они умирают?!

- Хватит!! Этот разговор окончен! – он повернулся, в глазах плясало зарождающееся красное пламя. – Я воин, как и ты! И мы будем исполнять приказы! И больше не смей заводить разговор об этом! Если тебя кто-нибудь услышит, тебя могут судить за измену по законам военного времени!

- Мне плевать! – она мотнула головой.

- А мне – нет! Это приказ! Больше ни слова! Послезавтра мы выступаем и мы снова будем убивать всех элийцев! Абсолютно всех!

- Приказ? – то ли от ярости, то ли от обиды, голос убийцы звенел. – Я не стану убивать их больше. Нас не этому учили в академии.
И я не собираюсь исполнять приказы Комода.

- Это преступление, – грозно начал Максимус. – Если ты не подчинишься приказу я буду вынужден объявить тебя изменником!

- Изменником?! – она вспыхнула. – Что ж, объявляй! – Ева сорвала кольцо с пальца и бросила ему под ноги. – Объявляй!

Ассасин шагнула к выходу.

- Я сделаю это, - раздался в спину его грустный голос, на секунду она замерла. – Я сделаю это на рассвете.

Обернувшись через плечо, Ева ухмыльнулась:

- К этому времени я буду уже далеко отсюда, - и скрылась за пологом.

А Максимуса словно подкосили – он упал на колени, дрожащими пальцами подняв маленькое мифриловое колечко.

...

- Что это?

- Кольцо, что же ещё.

В лазарете раздавался легкий, непринуждённый смех.

- И зачем ты мне его дал?

- В качестве благодарности, конечно же.

- Благодарности?

- Да. Отныне и впредь, - он взял кольцо с её ладони и аккуратно одел на безымянный палец. – Отныне и впредь, я всегда буду рядом.

Она улыбнулась, открыто и счастливо, уткнувшись лбом в его лоб.

- Я тоже буду. Я тоже, - прошептала она.

...

- Эй, Максимус, там вообще-то общий сбор в штабе… Максимус?..

Лучник бросился к своему начальнику.

- Что случилось?! Ты ранен?!

- Ален. Ален, успокойся.

- А что... Что случилось?

Максимус сжал кольцо в кулак, отводя его за спину.

- Принеси мне, пожалуйста, воды. Я хочу умыться...

@темы: Aion

URL
   

128√e980

главная